/Занятия и игры для детей/Игры, развитие и обучение детей от 7 до 10 лет/Об истории - увлекательно

Как учились российские студенты сто лет назад

Вчера студенты отмечали свой веселый праздник – Татьянин день.  Ведь студенчество – отличная пора, а когда сессия сдана, самое время отдохнуть!

А вот в двадцатых годах прошлого века студентам пришлось очень нелегко…

Сто лет назад российским студентам пришлось учиться в одну из самых тяжёлых эпох в истории страны. Начало 1920-х годов – это гражданская война, материальная разруха и радикальные изменения в самых разных сферах, в том числе и в системе высшего образования. 

Эти годы подробно описал в своих воспоминаниях учёный-астрофизик, профессор Московского университета Всеволод Викторович Стратонов.

После революции советская власть сначала предоставила университетам определённую свободу, но довольно быстро начала перестраивать их под новые идеологические требования. Были введены новые правила приёма, при которых социальное происхождение становилось важнее способностей, изменена система управления вузами, а также усилен контроль над содержанием образования. 
Профессорская среда раскололась: часть преподавателей поддержала реформы, другие пытались сохранить прежние университетские традиции. Стратонов относился ко вторым. В итоге многие несогласные учёные были высланы за границу — этот процесс вошёл в историю как «философский пароход». Сам Стратонов также оказался в числе высланных.

Как рассказывает Стратонов, московское студенчество начала 1920-х годов отличалось необыкновенной тягой к знаниям, несмотря на все трудности. А их было немало!

Материальные трудности были огромны: благотворительные учреждения исчезли, студенческие общежития оказались закрыты или перепрофилированы, а новые напоминали лишь бледную пародию на прежние. 

Негде было жить: в первые, теплые месяцы многие студенты ночевали на бульварных скамейках, затем находили приют в заброшенных дворницких.

Учёба почти всегда совмещалась с работой. Студенты работали, чтобы прокормиться, урывая время для лекций, из-за чего, конечно, обучение страдало. 

Не хватало учебников: старые тиражи закончились, новые не издавались. Один экземпляр учебника часто приходился на десятки человек, и заниматься по нему приходилось по очереди, в любое время суток. 

Не было света: из-за отсутствия освещения студенты часами читали в уборных. 

Почти постоянным было чувство голода, а попасть в столовую Американской администрации помощи удавалось лишь немногим.

Зимой добавлялась проблема отсутствия отопления. Университетским сотрудникам и студентам приходилось искать дрова и способы доставить их, учитывая высокие цены на перевозку. 

При этом отношения между студентами и профессурой, по воспоминаниям Стратонова, были необычайно дружескими: их объединяли общие лишения и чувство опасности, а конфликтов почти не возникало.

Чуть позднее в вузы пришли и студенты нового типа — люди без достаточной школьной подготовки и без уважения к преподавателям, но пользовавшиеся поддержкой власти. Их поведение нередко вызывало конфликты и мешало учебному процессу. 
 

Схожие впечатления описывала и студентка Вера Александровна Флоренская. Переведясь в начале 1920-х годов в Московский университет из Томска, она увидела хаос: толпы голодных студентов, переполненные коридоры, бесконечные объявления о лекциях и зачётах. Учёба терялась на фоне общей неустроенности.
 

В других городах ситуация была похожей. Например, в Нижнем Новгороде в те годы университет вмещал около пятисот студентов. Студенческий быт был крайне скромным. Девушки из простых семей ходили на занятия в одинаковых, часто перешитых хлопковых платьях, а юношам полагался простой брючный костюм. 

В Минском политехническом училище в 1920 году занятия начинались позже обычного – отчасти из-за отсутствия электрического освещения, отчасти потому, что студенты работали в первой половине дня, обеспечивая себе средства к существованию. Лекции сокращались до 30–40 минут. 
Не хватало учебников, пособий и тёплой одежды. За ними студентов отправляли в командировки в другие города, а помощь иногда оказывали благотворительные организации, такие как Красный Крест.

Несмотря на тяжёлые условия, студенческая жизнь не ограничивалась только учёбой и борьбой за выживание – она, как и во все времена, была активной, насыщенной и интересной.

В общежитиях устраивали вечера с гармоникой и танцами. Проходили собрания и дискуссии, работали кружки. Даже во время летних каникул студенты обсуждали культурные и нравственные вопросы, ставили спектакли и вели диспуты. 
Развивалась и спортивная жизнь: катки, лыжи, соревнования по тяжёлой атлетике, шахматные турниры. Студенты ходили в кино, театр, цирк.

После отмены Татьяниного дня как связанного с Церковью студенческий праздник был переименован в День пролетарского студенчества. 

Хотя жизнь студентов сто с лишним лет назад проходила в условиях голода, холода, бытовых трудностей и нестабильности, они не только сохраняли стремление к знаниям, но и жили активной жизнью А ещё у них было ощущение общности, которое помогало пережить одну из самых сложных эпох.

Юлия Воронцова
26.01.26
фото из открытых источников

  

  Образование после школы, История